Паралич эмоций

Паралич эмоций

5.5. Симптомы патологии эмоций

Эмоции — субъективные переживания, окрашивающие психическое отношение к окружающей действительности и к самому себе. Эмоции и чувства отражают отношения, в каких находятся предметы и явления к потребностям и мотивам деятельности человека.

Оглавление:

Эмоциональные реакции П. К. Анохин рассматривал как целостные физиологические приспособительные акты, санкционирующие и закрепляющие механизмы, относящиеся к удовлетворению или неудовлетворению потребностей. Эмоциональные состояния имеют объективные (соматоневрологические) и субъективные (психические) проявления.

Эмоциональный процесс включает три основные компоненты: первый — эмоциональное возбуждение, определяющее мобилизационные сдвиги в организме; второй — знак эмоций (положительный, отрицательный); третий — степень контроля эмоций: аффекты (страх, гнев, радость), при которых еще сохраняется ориентация и контроль, и крайнее возбуждение (паника, ужас, бешенство, экстаз, полное отчаяние), когда ориентация и контроль практический невозможны (патологический аффект).

По субъективному тону эмоции подразделяют на положительные (приятные) и отрицательные (неприятные), по влиянию на деятельность — стенические (мобилизирующие) и астенические (дезорганизующие, угнетающие); по механизму возникновения на реактивные, возникающие в качестве реакции на соответствующий внешний стимул, и витальные, связанные с изменением биотонуса организма; по сложности: низшие, связанные с инстинктами, и высшие, эмоции, формирующиеся в результате воспитания в обществе (моральные, эстетические, интеллектуальные); по силе и продолжительности: настроение — длительное, ровное эмоциональное состояние; страсть — сильное, стойкое и глубокое эмоциональное состояние; аффект — бурная, кратковременная эмоция.

К фундаментальным эмоциям относят интерес — волнение, радость, удивление; горе — страдание, гнев, отвращение, презрение, страх, стыд, вина.

Внешне эмоции проявляются мимикой, пантомимикой, особенностями речи (темп, сила, напряженность голоса, тембр, звучность, интонации, содержание) и соматовегетативными проявлениями. Мимика — движение мышц лица, отражающие различные эмоциональные состояния. Пантомимика (жестикуляция) — эмоционально выразительные движения тела, рук (жесты), позы. Соматовегетативные проявления эмоций — сердечно-сосудистые, дыхательные и вегетативные проявления, интимно связанные с эмоциональными реакциями.

Всякий раз, когда человек подвергается непривычно сильной нагрузке, он проходит через три стадии: вначале ему чрезвычайно трудно, затем он привыкает и обретает “второе дыхание” и, наконец, теряет силы и вынужден прекратить работу. Такая трехфазная реакция является общим законом — это общий адаптационный синдром, или биологический стресс

5.5.1. Продуктивные эмоциональные расстройства.

5.5.1.1. Гипотомии — сборная группа понижения настроения.

Депрессия — тоска, подавленное, мрачное настроение, глубокая печаль, уныние. Тоска витальная сопровождается тягостным ощущением мучительного сжатия, “камня на сердце”, стеснения, “пустоты” за грудиной, в области сердца (“предсердечная” тоска).

Тревога — внутреннее беспокойство, волнение, стеснение, ожидание надвигающейся беды, пессимистические опасения настоящего и будущего.

Страх — ярко выраженная тревога, паника, ужас о своем благополучии или жизни.

Тревога и страх широко наблюдаются как в норме, так и в структуре большинства позитивных психопатологических синдромов: галлюцинаторных, бредовых, аффективно-бредовых, синдромов помрачнения сознания.

Изард (1980) на основании обзора работ зарубежных авторов отмечает: 1) тесную связь между собой и со степенью интенсивности стимуляции таких эмоций, как удивление—испуг (неожиданность и резкое возрастание стимуляции), страх—ужас (несколько меньшее увеличение стимуляции) и интерес—возбуждение (еще менее неожиданная и резкая стимуляция); 2) существование в эмоциях испуга, страха и интереса — возбуждения частично перекрывающейся компоненты (между ними наблюдается неустойчивое равновесие); 3) разнообразие детерминант существования страха — врожденные (гомеостатические, инстинктивные, новизна раздражителя, темнота, одиночество) и приобретенные (вытекающие из опыта, социальных и других условиях); 4) наличие связи страха с другими эмоциями — страданием, презрением, отвращением, стыдом, стеснительностью и другие.

Дисфория — угрюмое, мрачно-раздражительное настроение с взрывчатостью и ожесточением, агрессивностью и аутоагрессивностью.

Растерянность — изменчивое, лабильное эмоциональное состояние с переживаниями недоумения и беспомощностью.

Гипотомии входят в структуру разных вариантов депрессивных синдромов, депрессивно-бредовых, острых бредовых и синдромов помрачения сознания.

5.5.1.2. Гипертимии — сборная группа повышения настроения. Мания — повышенное, “лучезарное”, радостное, “солнечное”, настроение, жизненного счастья, избытка активности и жизнедеятельности.

Эйфория — “пустое”, беспечное, облегченное эмоциональное состояние с “рефлекторной” поверхностной оценкой своего состояния, поведения.

Благодушие — эмоциональное состояние с беспечностью, довольством без стремления к деятельности.

Экстаз — чрезвычайно повышенное, экзальтированное, приподнятое с чувством наивысшего восторга, нередко с религиозным мистическим, мессианским оттенком переживаний.

Гневливость — раздражительность, злобность, аффект со склонностью к агрессии, разрушительными действиями.

Входят в структуру маниакальных, паралитических, бредовых, маниакально-бредовых, психоорганического, корсаковского синдромов, синдромов помрачения сознания.

5.5.1.3. Паратимии — искажение, извращение эмоций. Амбивалентность — одновременное сосуществование двух противоположных эмоциональных оценок к одному и тому же факту, событию.

Эмоциональная неадекватность — несоответствие эмоциональной реакции раздражителю (например, отрицательные эмоции на положительный для пациента раздражитель). Примером неадекватности эмоций может также служить симптом фамильной не нависти.

Симптом “дерево и стекло” — сочетание эмоциональной притупленности с повышенной чувствительностью, ранимости, “мимизоподобности” к близким по значимости раздражителям.

Симптом “регрессивной синтонности” — искажения эмпатийной способности, эмоциональной оценки, ситуации, эмоциональная “обнаженность”.

Входят в структуру преимущественно негативных личностных расстройств.

5.5.1.4. Нарушения динамики эмоций. Эмоциональная лабильность — быстрая, часто маломотивированная смена полярности эмоций, выражается в легкой смене радости и печали, слез и смеха. Характерна для невротических синдромов, синдромов помрачения сознания.

Тугоподвижность (инертность, ригидность) — длительное застревание на одной эмоции, когда повод для ее возникновения исчез. Входит в структуру эпилептических изменений личности.

Слабодушие — невозможность сдержать внешние эмоциональные реакции, преимущественно слезы, и на положительные и отрицательные раздражители. Входит в структуру невротических и психоорганического синдромов.

Эмоциональная гиперестезия сопровождает гиперестезию ощущений, сенестопатии, а явления гипостезии — эмоциональной гипостезией.

5.5.2. Негативные эмоциональные расстройства. Сужение эмоционального резонанса — уменьшение яркости и распространенности эмоциональных реакций, сужение их спектра.

Эмоциональная патологическая инверсия — крайняя степень сужения эмоционального резонанса с направленностью реагирования на внутренние утилитарно-гедонистические потребности.

Эмоциональная нивелировка — исчезновение дифференцированного эмоционального реагирования, ранее свойственного данному субъекту.

Паралич эмоций — чувство полной опустошенности, эмоционального безразличия с чувством переживания снижения эмоционального тона.

Побледнение эмоций (эмоциональное уплощение) — снижение интенсивности (силы) эмоциональных проявлений, сопровождающееся уменьшением выразительности (экспрессивности) мимики и жестов.

Эмоциональная тупость (“эмоциональная деменция”) — стойкое оскудение эмоциональных переживаний, касающееся, в первую очередь, высших эмоций (чувств), доходящих до полного безразличия (апатии) своему положению, к своей судьбе и судьбе близких.

Сопровождают большинство негативных синдромов по мере их утяжеления.

Воля — целенаправленная, мотивированная, активная психическая деятельность. Волевой акт состоит из ряда этапов последовательных, спланированных действий: возникновение мотивов деятельности, потребность в ней (влечение, желание, хотение, стремление); борьба мотивов; принятие окончательного решения, постановка цели, разработка плана действий; реализация плана действия—волевое усилие; действие, удовлетворяющее потребности.

Побудительным мотивом ко всем видам деятельности у человека являются влечения (потребности): низшие (инстинктивные) в виде потребности в пище и т. п. (инстинктивные влечения — пищевое, половое, самосохранения, исследовательское) и высшие (социально обусловленные) в виде потребности в труде, в общении, любви, самосовершенствовании и т. п. Осуществление органических (низших) и социальных (высших) потребностей происходит в результате сложной эффекторно-волевой деятельности человека, Их удовлетворение или неудовлетворение сопровождается соответствующими эмоциями.

Эффекторно-волевая сфера упрощенно состоит из трех основных компонентов: а) влечения (потребности), б) волевого или целевого (способность к сознательному н целенаправленному регулированию человеком своих целей и соответственно ее деятельности) и в) собственно эффекторного или двигательного (простые и сложные движения, действия и поступки; непроизвольные и произвольные волевые действия). Удовольствие от преодоления препятствий, помех — наиболее яркий показатель воли. Индивидуальная норма удовлетворения “рефлекса свободы” — воли — чрезвычайно важная черта характера человека.

Простое действие совершается по упрощенной и прямой схеме: влечение (например, пищевое), цель (выбор пищи) и действие (приготовление пищи и поедание).

Сложное действие возникает чаще всего при удовлетворении высших потребностей, когда длительно идет борьба мотивов, выбор цели и еще сложнее выглядит целенаправленная регулируемая человеком деятельность (например, интерес к медицине, цель — стать врачом и длительное изучение многих дисциплин в институте).

Непроизвольные действия возникают в результате возникновения неосознаваемых или недостаточно отчетливо осознаваемых побуждений. В таком случае плохо осознается потребность, нет четкого плана и возникают они в состоянии аффекта, растерянности, страха, изумления. Произвольные действия предполагают четкое осознание потребности, цели и действий, приводящих к их осуществлению. Волевое действие является такой разновидностью произвольного действия, когда не только хорошо осознается цель, но и четко происходит выбор мотивов и цели, учитываются все пути, препятствия и варианты их преодоления в ходе реализации достижения цели.

Под деятельностью понимается активность человека, направленная на изменение мира, на производство или порождение определенного объективированного продукта материальной или духовной культуры. Деятельность — основной путь, единственный эффективный способ быть личностью; человек своей деятельностью продолжает себя в других людях (поведении). Поведение соотносится с нравственными действиями личности и слагается из ее поступков.

5.6.1. Патология влечений (потребностей). Расстройства влечений (инстинктов) могут проявляться в виде патологического усиления, ослабления или извращения.

5.6.1.1. Патология пищевого влечения. Булимия или полифагия — болезненное усиление пищевого влечения, характеризуются непреодолимым сильным влечением к пище (постоянное чувство голода — булимия), прожорливостью и отсутствием чувства насыщения (полифагия). Встречается при психопатических, невротических и психоэндокринных синдромах.

Анорексия — снижение, отсутствие аппетита или отвращение к пище. Может определять самостоятельный синдром — аноректический, входит в депрессивные и кататонические синдромы.

Парарексия — извращение пищевого влечения, проявляющееся поеданием несъедобных веществ (земли, извести Эпика беременных), кала (копрофагия) и т. п.

5.6.1.2. Патология инстинкта самосохранения. Усиление инстинкта самосохранения может проявляться в двух противоположных формах поведения: а) пассивно-оборонительной (стремление к уходу от опасных и сложных ситуаций, от ответственных решений, робость, нерешительность, трусость, реакции “мнимой смерти” и т. п.); и б) активно-оборонительной (реакции протеста, оппозиции, различные виды агрессивности и т. п.). Наблюдаются при психопатических, невротических и ряда негативных синдромов.

Ослабление инстинкта самосохранения проявляется в снижении интереса и безразличия к жизни, возникновении суицидальных мыслей и поступков, особенно в сочетании с депрессивным эффектом. Встречается при психопатических, депрессивных и депрессивно-бредовых синдромах,

Извращение инстинкта самосохранения проявляется в актах самоистязания, членовредительства, проглатывании металлических и других предметов. Наблюдается при бредовых, аффективных синдромах, деменции, включая суицидоманию, болезненное, чаще навязчивое, компульсивное стремление к самоубийству.

5.6.1.3. Патология сексуального влечения. Гиперсексуальность — повышение сексуального влечения с соответствующим поведением у мужчин (сатириазис), у женщин (нимфомания).

Гипосексуальность — понижение или отсутствие сексуального влечения: у мужчин — некоторые формы импотенции, у женщин — фригидность.

Сексуальные перверзии (извращения) — нарушение полового инстинкта, проявляющееся в извращении направленности или форм его проявлений.

Основными разновидностями сексуальных извращений являются: а) аутоэротизм — фантазирование на эротические темы: мастурбация (онанизм) — половое самоудовлетворение вплоть до оргазма посредством манипулирования с половыми органами руками или предметами; нарциссизм — созерцание собственного тела с любованием им; и б) альголагния — влечение и достижение сексуального удовлетворение вплоть до оргазма путем причинения физической боли или морального ущерба себе (мазохизм) или половому партнеру (садизм).

К заместительным формам сексуальных перверзии относятся: гомосексуализм — половое влечение и получение наиболее яркого оргазма с лицом того же пола (у женщин — лесбианство, трибадия; у мужчин — педерастия-); визионизм — подглядывание за обнаженными лицами противоположного пола (при купании, переодевании, физиологических отправлениях п т. п.); эксгибиционизм — обнажение половых органов в присутствии лиц противоположного пола с целью получения полового удовлетворения; трансвестизм — стремление принять внешний облик лиц противоположного пола и одевать их одежду; фетишизм — получение сексуального удовлетворения при созерцании предметов интимного назначения или манипулирование ими.

По направленности полового влечения на неадекватные объекты выделяют следующие виды извращения сексуального влечения: педофилия — половое влечениен к малолетним, геронтофилия — половое влечение к старикам, зоофилия или скотоложество — половое влечение к животным, некрофилия — половое влечение к трупам, пигмалионизм — половое влечение к статуям, фотографиям, картинам.

5.6.1.4. Патология ориентировочного инстинкта. Усиление исследовательского инстинкта проявляется многообразием и крайней изменчивостью интересов и устремлений. И включает также дромоманию — патологическое влечение к постоянной перемене места обитания, бродяжничеству; ониомания — неудержимое влечение совершать покупки, приобретать вещи без материальной и личной заинтересованности. Встречаются при маниакальных, психоорганических синдромах.

Снижение исследовательского влечения характеризуется падением интереса не только к внешним видам деятельности, но и к самому себе. Наблюдается при депрессивных, психоорганических синдромах, деменции.

Извращение исследовательского влечения включает: клептоманию — патологическое влечение к кражам ненужных, бесполезных и однообразных вещей; пироманию — влечение к поджогам или созерцанию пламени.

Навязчивые влечения — побуждения к деятельности появляются помимо воли больного, не отражая его интересов с сохранением критического отношения. Встречается при невротических, наркоманических синдромах.

Компульсивные влечения — побуждения к деятельности возникают подобно витальным влечениям и приобретают характер доминирующего мотива деятельности без борьбы выбора мотива.

Импульсивные влечения — немотивированное, безвольное, пароксизмально возникающее влечение на фоне аффективно-суженного сознания. Входит в структуру кататонических синдромов и сумеречном состоянии сознания.

5.6.2. Патология цели и мотивов деятельности. Гипербулия — патологическое усиление количества целей, планов, устремлений и соответственно деятельности, не считаясь ни с реальными обстоятельствами и возможностями. Наблюдается при маниакальных, 'психопатических синдромах, состояниях наркотизации или абстиненции.

Гипобулия — резкое снижение целей и мотивов деятельности. Входит преимущественно в структуру депрессивных и ступорозных синдромов.

Парабулия — извращение побуждений и целей деятельности, проявляется ненужным, бессмысленным собирательством, увлечениями, изобретениями; амбитендентность — одновременное сосуществование двух противоположных мотивов, целей и деятельности; включая ктиноманию — стремление к живодерству; гоми цидоманию — стремление к убийству людей без ситуационно-психологической обусловленности.

Абулия — отсутствие побуждений к социально-полезной и личностно значимой деятельности, при сохранении инстинктивной деятельности (к пище, теплу и т. п.). Входит в структуру деменции, апатико-абулического, психоорганического синдромов.

5.6.3. Патология двигательной сферы. Навязчивые действия — реализованные навязчивые влечения, часто носящие характер ритуальных действий. Встречаются при невротических синдромах.

Компульсивные действия — реализованные компульсивные влечения. Входят в структуру психопатических, наркоманических синдромов.

Импульсивные действия — немотивированные, внезапные, аффективно индифферентные сложные двигательные акты без борьбы мотивов и выбора цели, чаще всего сопровождаются агрессивными разрушительными тенденциями. Входит в структуру кататонических синдромов.

Насильственные действия — безмотивно, непроизвольно возникающие движения, воспринимаемые как чуждые, лишние для пациента при ясном сознании (гиперкинезы, насильственный смех, плач, крик и т. п.). Наблюдаются при органических заболеваниях головного мозга.

5.6.3.1. Угнетение двигательных усилий. Гипокинезия (двигательное торможение, ступор) — замедление произвольных движений. Полная обездвиженность — акинезия. Входят в структуру ступора, депрессивного и апатико-абулического синдромов.

Гипомимия — уменьшение интенсивности и объема выразительных произвольных мимических движений. Их полное отсутствие — амимия. Входят в выше перечисленные синдромы.

Выделяют депрессивную гипокинезию, при которой резко снижена произвольная деятельность в сочетании с бедной депрессивной мимикой; маниакальную гипокинезию, кратковременно сменяющую маниакальное возбуждение бедность произвольной деятельности при сохранении достаточно богатой маниакальной мимики; галлюцинаторную гипокинезию, возникающую при угрожающих и императивных галлюцинациях, с мимикой страха и ужаса; бредовую гипокинезию, сопровождающую бредовые идеи воздействия, но с мимикой тревоги и страха.

Мутизм — отсутствие спонтанной и ответной речи при сохранении возможности речепроизводства и речепонимания.

5.6.3.2. Усиление двигательной активности. Представлено различными вариантами гиперкинезии и судорогами.

Гиперкинезия — повышенная двигательная активность, доходящая до возбуждения с нарушением целенаправленных, произвольных движений.

Выделяют эйфорическую (маниакальную) гиперкинезию, при которой оживленные произвольные движения недостаточно плавные, излишние на фоне эйфории или мании: тревожно-депрессивную гиперкинезию (ажитацию), возникающую на высоте тревожно-депрессивного аффекта и проявляется нецеленаправленной суетливостью, переходящей в возбуждение (меланхолический раптус); галлюцинаторную гиперкинезию, возникающую при угрожающих и императивных галлюцинациях, когда больные убегают, прячутся, нападают соответственно содержанию галлюцинаций; бредовую гиперкинезию, сопровождающую персекуторные бредовые идеи и отражают их содержание; кататоническую гиперкинезию характеризуют нецеленаправленными, хаотическими, непродуктивными, стереотипными действиями с манерностью, вычурностью, негативизмом; наконец, гиперкинезии, сопровождающие, синдромы помрачения сознания, так при делирии и онейроиде гиперкинезии определяются фабулой галлюцинаторных и бредовых переживаний, при сумеречном состоянии сознания сложными автоматическими, на первый взгляд упорядоченными, целесообразными действиями, а на самом деле бессмысленными и нецеленаправленными для больного.

5.6.3.3. Извращение двигательной активности. Извращения (паракинезии) включают речевые стереотипии и однообразные, монотонные повторения отдельных слов; двигательные стереотипии — однообразные, неадекватные повторения нелепых поз и движений; негативизм — немотивированное противодействие, активный — негативизм с сопротивлением и последующим противодействием, пассивный — просто противодействие; пассивная подчиняемость — патологическая готовность к выполнению любого указания без осмысления; эхопраксия — нелепое повторение действий окружающих; эхомимия — нелепое повторение мимики окружающих; эхолалия — нелепое повторение речи окружающих; восковая гибкость — длительное сохранение больным приданной или возникшей позы, включая симптом “воздушной подушки”, симптом “капюшона”, симптом “эмбриональной позы”; вычурность и манерность позы и движений

5.7. Симптомы патологии сознания, самосознания и сна

Сознание — высший интегрирующий психический процесс опосредованного и обобщенного отражения объектов внешнего мира и их взаимосвязи, пространственно-временных категорий (сознание предметного мира), частей своего тела, их взаимосвязи, расположения своего тела в пространстве и осознание себя как личности с ее многообразными формами взаимоотношений с обществом (сознание собственного “Я”, самосознание). Сознание - следствие исторического развития общественного бытия человека. Благодаря сознанию человек осуществляет активную, осознанную деятельность. Под индивидуальным сознанием человека понимается такая способность, которая дает ему возможность выделить себя из среды, определить свое отношение к ней и соответственно к себе, организовать целенаправленную деятельность.

Г. К- Ушаков выделяет 5 этапов (периодов) формирования (развития) сознания: 1) бодрствующее сознание (до 1 года); 2) предметное сознание (от 1 года до 3 лет); 3) индивидуальное сознание (от 3 до 9 лет), 4) коллективное сознание (от 9 до 16 лет); 5) рефлексивное, высшее общественное, социальное сознание (от 16 до 22 лет). Этап бодрствующего сознания характеризуется первыми реакциями ребенка на внешний мир и изменения внутреннего состояния организма. Предметное сознание проявляется в известной активности отражения, т. е. в дифференцированном выборе отражаемых объектов. Индивидуальное сознание характеризуется выделением себя из объектов внешнего мира. Этап

развития коллективного сознания — формирование взаимоотношений между личностью и коллективом (семья, школа). Социальное сознание — это осознание своей социальной роли в обществе.

В структуру сознания входят: 1) важнейшие познавательные процессы (ощущения, восприятия, представления, запасы памяти, мышление, воображение); 2) способность различать субъект и объект (самосознание и сознание); 3) способность обеспечения целеполагающей деятельности (волевой, целенаправленной критически оцениваемой); 4) отношение к реальной действительности, ее переживания (А. В. Петровский, М. Г. Ярошевский).

Основными характеристиками сознания считают степень его ясности (уровень бодрствования), объем (широту охвата явлений окружающего мира и собственных переживаний), содержание (полноту, адекватность и критичность оценки используемых запасов памяти, мышления, эмоционального отношения) и непрерывность (способность осознания и оценки прошлого, настоящего и будущего) .

Еще Вундт (1862) выделил три взаимосвязанных уровня психической деятельности, признаваемые учеными и в настоящее время: 1) сознательный (осознаваемое актуальное содержание мыслей и переживаний); 2) подсознательный (содержание, переходящее в нужный момент на сознательный уровень); 3) бессознательный (инстинктивные механизмы и личное бессознательное — неосознаваемая мотивация аффективных и других общих реакций). По К. Ясперсу (1965), бессознательное понимают как автоматизированное, невоспоминаемое, но действительное; незамечанное, но пережитое, ненамеренное, но сделанное; как первоисточник действия (внезапные побуждения, мысль, представление), а так же как форму существования (инстинктивное и личное бессознательное в понимании 3. Фрейда) и абсолютное бытие. 3. Фрейд и его последователи в психической активности главную роль отводят бессознательному, отрицая или не придавая решающего значения активному сознанию.

Самосознание (“Я”, “образ Я”) включает самовосприятие, самопознание, самочувствие, самоконтроль, самоповедение человека. Развитие и изменение “Я” совершается непрерывно вместе с физическим и духовным развитием личности. Осознавая свое физическое и духовное “Я”, человек научается управлять своими психическими процессами. “Подобно тому как человек — организатор и преобразователь своей среды, — пишет А. А. Меграбян, — так и его самосознание — хозяин и организатор своего субъективного мира. Поэтому мы чувствуем, что наше “Я” — господин над желаниями, влечениями и обладает способностью выбора”.

“Я-концепция” — это совокупность всех представлений человека о себе, сопряженная с их оценкой (самооценкой). Установки, направленные на самого себя, составляют: 1) “образ Я” — представления о себе; 2) самооценку — эмоционально окрашенную оценку этих представлений; 3) поведенческая оценка, вызванная “образом Я” и самооценкой.

Физиологические варианты измененного сознания при утомлении, во сне, аффективное сужение сознания.

Утомление — состояние, возникающее при физической или умственной перегрузке, вынужденной бессоннице. Характерно снижение уровня бодрствования, четкости и чувственности живости восприятия окружающего (изменяется яркость, четкость, контрастность восприятия, появляются иллюзии), изменяется внимание (преобладает пассивное, снижается устойчивость и концентрация), ухудшается запоминание и воспроизведение, снижение силы и дифференцированности эмоций, темпа мышления, отмечается вялость, слабость, физическая разбитость. Исчезает после 2—3 дней отдыха.

Сон — циклически наступающее своеобразное физиологическое состояние с полным выключением сознания, при котором отсутствует чувственное и рациональное познание окружающего мира, моторные, речевые, эмоциональные и другие реакции на получаемые извне раздражители и появляющиеся только в случаях воздействия сильных раздражителей или сновидений. Появление сновидений свидетельствует о развитии так называемого парадоксального сна, характеризующегося нередко повышенной яркость представлений, отражающих наиболее яркие переживания субъекта, реже воздействия внешних раздражителей, или же интероцептную импульсацию, достигающую в состоянии сна коркового уровня.

Аффективно-суженное сознание (физиологический эффект) — кратковременная бурная эмоционально-двигательная реакция на личностное или эмоционально значимое воздействие, характеризующееся сужением объема сознания, концентрацией представлений на эффективной ситуации, наличием аффективно вызванных иллюзорных обманов восприятия, выраженными мимическими, иногда двигательными и вегетативными реакциями (аффект гнева, ярости, злобы, паники и др.).

5.7.1. Расстройства сознания. Для количественной и качественной патологии сознания (синдромов) характерны общие признаки (условно обозначенные нами как симптомы), описанные еще К. Ясперсом (1911):

  1. Расстройства ориентировки во времени, ситуации, окружающих людях, собственной личности. Дезориентировка во времени — неспособность пациента определить текущее время — дату, день недели, месяц, год, время года; расположить события во времени, последовательно воспроизвести основные вехи собственной жизни. Встречается помимо синдромов патологии сознания при корсаковском синдроме. Дезориентировка в ситуации — неспособность правильно оценить конкретную ситуацию в отделении, на работе, в предложенной ролевой ситуации; оценки взаимоотношений людей, происходящих событий. Дезориентировка в месте — непонимание пациентом окружающей обстановки, где он находится, почему, что с ним происходит вокруг и т. п. Встречается при синдромах патологии сознания, патологии памяти, деменции. Дезориентировка в окружающих людях — не узнает окружающих людей, новых и старых знакомых, врачей, пациентов, родственников. Встречается при тех же синдромах. Дезориентировка в собственной личности — полная дезориентировка пациента, практически не осмышляет ни одного вопроса, речь окружающих является только звуковым раздражителем. Свидетельствует о грубом расстройстве сознания.
  2. Отрешенность от действительности. Реальный мир, происходящие в нем события, изменения не привлекают внимания пациента, а если и оцениваются им, то лишь непоследовательно, фрагментарно. Погружение в мир галлюцинаторных и бредовых переживаний, сопровождающих ряд синдромов помрачения сознания (делирий, онейроид, сумеречное состояние сознания). Растерянность, где помимо вышеописанного, присутствует ярко выраженный аффект недоумения, речь вопрошающая, в поведении преобладает беспомощность, нерешительность. Возможность осознания и понимания явлений окружающей жизни ослаблена, а порой полностью утрачена. Отрешенность еще может встречаться при остро развивающихся бредовых синдромах.
  3. Расстройства осмысления. Ассоциативный процесс, упрощается, затрудняется, особенно абстрактные, обобщающие, сравнительные операции логического мышления. Мышление становится непоследовательным, разрыхленным, аморфным, фрагментарным, достигая во многих синдромах бессвязности. Различная выраженность расстройств осмысления встречается при многих продуктивных и негативных синдромах.
  4. Разнообразные конградные нарушения памяти. После выхода из состояния нарушенного сознания воспоминания всегда неполные, фрагментарные, непоследовательные, а в ряде синдромов отсутствуют полностью. Но расстройства памяти фрагментарного характера наблюдаются и в динамике синдромов помраченного сознания.

Перечисленные признаки расстройства сознания встречаютсявсе вместе только при синдромах помрачения сознания.

5.7.2. Расстройства самосознания и самооценки. В широком смысле к самосознанию относят все содержание психической деятельности, ее развитие, отношение к внешнему миру, социальные связи. В таком широком понимании сознание личности изменяется при любом психическом заболевании (А. В. Снежневский, 1983).

Степень выраженности нарушений отдельных структурных компонентов самосознания может быть различной, в связи с чем в клинической практике можно наблюдать множество форм (симптомов!?) нарушения самосознания, проявляющихся в синдромах различной сложности.

Расстройства самосознания можно разделить на:

1. Нарушение самосознания активности (произвольности) — чувство затруднения, замедления, ослабления всей психической активности (мышления, чувств, моторики). Субъективно пациенты указывают на затруднения прежней психической активности, ухудшаются повседневные решения, действия, яркость чувств, внимание, речь и т. д. В зависимости от степени выраженности встречается от астенического до депрессивно-бредовых и от истощения психической деятельности до дисгармонии личности негативных синдромов.

2. Расстройство осознания единства (целостности, простоты) “Я” — затруднения до выраженных нарушений осознания себя как единого неразрывного целого. Возникает переживание утраты простоты, единства, целостности, “присущности Я”, появляется чувство раздвоенности, дивергенции, внутреннего распада, появления двух, трех несогласованных “Я”, нередко находящихся в постоянном противоречии, борьбе. Встречается при галлюцинаторно-бредовых, парафренных, негативных синдромах.

3. Нарушение осознания идентичности (постоянства) “Я” — потеря принадлежности своего “Я” самому себе, нет постоянства присущих личности отдельных свойств характера, мышления, эмоций, памяти и т. п. Встречается при аффективных, аффективно-бредовых, синдромах помрачения сознания.

4. Нарушение самосознан-ия витальности — снижение или исчезновение чувства собственной жизненности, болезненная “психическая анестезия”, потеря эмоционального резонанса. Наблюдается при депрессивных, депрессивно-бредовых синдромах.

5. Изменение границ самосознания — ослабление самосознания вплоть до полного исчезновения различия между “Я” и “не Я”, между миром внутренним и внешним. Встречается при синдромах психического автоматизма, парафренном, онейроиде, негативных синдромах.

6. Расстройство осознания непроницаемости “Я” сопровождается открытостью внутреннего мира, его “рассекречиванием”, доступностью для проникновения в личностную индивидуальность, открытость и изменчивость привычного “образа Я”, преимущественно в форме “отчуждения”, “нереальности”, “открытости” физических и психических актов. Встречается наиболее ярко при синдроме психического автоматизма, аффективно-бредовых, помрачения сознания.

7. Изменение стабильности “Я” во времени и пространстве проявляется расстройством осознания непрерывности и преемственности “Я” во времени и пространстве своего “Я” как в прошедшем, настоящем, так и в будущем времени, а также изменения “Я” в трехмерном пространстве. Характерно для синдромов психического автоматизма, парафренном, помрачении сознания.

Выделяют целый ряд расстройств самооценки.

Пониженная самооценка — значительное снижение практически всех параметров самооценки (самый плохой характер, самая плохая память, самое плохое мышление и т. д.). Наблюдается при депрессивных и депрессивно-бредовых синдромах.

Повышенная самооценка — завышение своих способностей, умений, знаний, привлекательности и т. д. равномерно распределенные. Встречается при маниакальных и маниакально-бредовых синдромах.

Диссоциированная (мозаичная) самооценка выражается в несоответствии одних параметров психических свойств “Я” и завышении других.

Парадоксальная самооценка представлена противоречивыми параметрами по близким психическим и физическим свойствам “образа Я”. Характерна негативным и некоторым бредовым синдромам.

“Продуктивная” самооценка включает в себя целый ряд параметров, обусловленных содержанием бредовых и галлюцинаторных переживаний.

Тотальное нарушение самооценки—полное нарушение осознания различных параметров своего физического и психического “Я”. Свойственно острым аффективно-бредовым синдромам, помрачению создания, глубоким негативным синдромам.

Выделяют также конституциональную (врожденную) и приобретенную в результате заболевания нарушения самооценки.

5.7.3. Расстройства сна. Расстройства сна отнесены к патологии сознания чисто условно на основе циклического функционирования ритма бодрствование — сон.

Могут нарушаться все фазы и компоненты сна — засыпание, пробуждение, продолжительность, глубина сна, извращается ритм сна и бодрствования, изменяется содержание сновидений или сновидного ментизма.

Нарушения засыпания характеризуются длительным нарушением засыпания, сон наступает в середине ночи или под утро, сопровождается чувством дискомфорта, оживлением тревоги, галлюцинаторных или бредовых переживаний.

Расстройство пробуждения ото сна — кратковременное состояние после пробуждения, в котором впечатления и переживания во сне (сновидения) не отличимы от реальных и могут определить поведение пациента. Разновидностями являются просоночные состояния, когда пациент совершает автоматические неосознаваемые действия, часто опасные для себя и окружающих, воспоминания о которых не сохраняются, и катаплектоидные состояния, когда пациент, проснувшись и хорошо ориентируясь в пробуждении, в течение нескольких секунд (минут) не может открыть глаза, пошевелиться. Встречается при астенических невротических синдромах.

Утрата чувства сна (агнозия сна) — отсутствие ощущения сна, его продолжительности. Встречается при невротических и депрессивных состояниях.

Изменения продолжительности сна — сокращение или увеличение продолжительности сна.

Прерывистый сон — пробуждения по нескольку раз в течение ночи, нередко с чувством тревоги, страха. Наблюдается при многих психопатологических синдромах.

Поверхностный сон — чуткий сон с затруднением засыпания, частыми пробуждениями от незначительных раздражителей; нечто среднее между сном и бодрствованием, так как нарушена глубина сна. Неглубокий сон часто сопровождается сновидениями. Характерен для астенических, невротических, аффективных и бредовых синдромов.

Извращение ритма сна и бодрствования — бодрствование ночью с повышенной сонливостью днем, когда пациенты предпочитают крепко спать.

Сновидения — яркие, образные, цветные или черно-белые, отличающиеся живостью и активностью представления (“видения”), “по живости красок не уступают действительности” (В. X. Кандинский). Нередко сопровождаются эмоциональными и соматовегетативными реакциями, особенно у больных с невротическими синдромами. Могут определять содержание чувственного бреда, галлюцинаций, тревожных представлений, страха.

Сновидный ментизм — вместо сновидений (“видений”) у человека отмечается наплыв мыслей (размышлений). Может определять невротические и бредовые переживания.

Снохождения (сомнамбулизм, лунатизм) — совершение целого ряда чаще автоматизированных, последовательных действий в состоянии глубокого сна, когда больные не помнят о совершаемых поступках, если они не были в это время разбужены. Встречается при невротических состояниях.

Патология эмоций

Эмоции — психические процессы и состояния, связанные с инстинк­тами, потребностями и мотивами, выполняющие, как писал А. Леон­тьев (1970), «функцию регулирования активности субъекта путем отражения значимости внешних и внутренних ситуаций для осуществ­ления его жизнедеятельности» и «роль ориентирующих субъективных сигналов». Г. X. Шингаров (1971) эмоции и чувства определял как одну из форм отражения человеком окружающей действительности.

Эмоции — это переживания приятного и неприятного, сопровожда­ющие восприятие себя и окружающего мира, удовлетворение потреб­ностей, производственную деятельность, межличностные контакты. Био­логический, психофизиологический и социальный смысл эмоций и чувств заключается в их организующем и мобилизующем влиянии на орга­низм и в адекватной адаптации к условиям жизни. Эмоции и чувства отражают отношения, в каких находятся предметы и явления, к по­требностям и мотивам деятельности человека.

Эмоциями в узком значении слова называют переживания, об­условленные удовлетворением или неудовлетворением инстинктивных потребностей — в пище, питье, воздухе, самосохранении и сексуальном влечении. Сюда относятся и эмоциональные реакции, сопровождающие ощущения, непосредственное отражение отдельных свойств предметов. Чувства (высшие эмоции) связаны с потребностями, возникшими в ходе общественно-исторического развития, с общением, отношениями между людьми. Они есть результат эмоционального обобщения. К ним при­надлежат морально-этические, эстетические и интеллектуальные чувст-

ва: чести, долга, дружбы, коллективизма, сочувствия, сострадания, уважения, любви. Чувства оказывают решающее влияние на прояв­ления низших эмоций и поведение человека в целом.

Особенности эмоциональных реакций связаны со степенью выра­женности биологических (инстинктивных) и социальных потребностей и влечений, с напряженностью мотивов, возрастом, полом, установкой, с ситуацией успеха или неуспеха, уровнем притязаний, тревожности и другими особенностями. В зависимости от упомянутых условий эмоция может быть организующей и дезорганизующей, адекватной и неадекватной, адаптирующей и дезадаптирующей по отношению к кон­кретной ситуации.

Эмоциональные реакции П. К. Анохин (1949, 1968) рассматривал как целостные физиологические приспособительные акты, санкциони­рующие и закрепляющие механизмы, относящиеся к удовлетворению или неудовлетворению потребностей. П. В. Симонов (1975) считал, что в схеме потребность — действие — удовлетворение мышление явля­ется источником информации для действия, но в результате недостат­ка знаний и умений нередко возникает разрыв между потребностью и возможностью ее удовлетворения, поэтому в эволюции появился нервный аппарат эмоций как механизм экстренной компенсации, ава­рийного замещения недостающих сведений и умений. Основное усло­вие возникновения отрицательных эмоций, по его мнению,— это нали­чие неудовлетворенных потребностей и рассогласования между про­гнозом и наличной действительностью, дефицит прагматической информации.

Как известно, эмоциональные состояния имеют объективные (сома-тоневрологические) и субъективные (психические) проявления. Зани­мая как бы промежуточное место между соматическим и собственно психическим (рациональным), они и их анатомо-физиологический суб­страт служат своего рода соединительным звеном в их взаимодейст­вии, основным субстратом соматопсихических и психосоматических взаимоотношений, взаимовлияний и процессов. Это подтверждается тем, что эмоциональные реакции и состояния всегда сопровождаются изменениями обмена веществ, сердечно-сосудистой и других систем организма; при влиянии патогенно-стрессовых ситуаций могут возни­кать психосоматические заболевания (П. К. Анохин, 1969; В. В. Суво­рова, 1975; В. Д. Тополянский, М. В. Струковская, 1986). Анатомо-физиологической основой эмоциональных состояний служат подкорково-стволовые (лимбико-диэнцефальные) и корковые структуры, участвующие в вегетативно-эндокринной регуляции функций. К основ­ным (фундаментальным) эмоциям относят интерес—волнение, радость, удивление, горе — страдание, гнев, отвращение, презрение, страх, стыд и вину (К. Izard, 1980). По продолжительности и силе эмоциональных переживаний выделяют: настроение — более или менее длительную эмоцию, определяющуюся самочувствием и степенью социального бла­гополучия в данный момент; аффект — сильное и кратковременное

переживание в виде гнева, ярости, ужаса, восторга, отчаяния без утра­ты самоконтроля; страсть—сильное, стойкое и глубокое чувство, за­хватывающее и подчиняющее себе основную направленность мыслей и действий.

По субъективному тону эмоции и чувства подразделяют на поло­жительные (приятные) и отрицательные (неприятные); по влиянию на деятельность — стенические (мобилизующие) и астенические (дезорга­низующие, угнетающие); по механизму возникновения — на реактивные, появляющиеся как реакции на осознание неблагополучия, и витальные, развивающиеся вследствие нарушения функций эмоциогенных струк­тур головного мозга.

Классификация нарушений эмоций и чувств

1. Патологическое усиление: эйфория и депрессия.

2. Патологическое ослабление: паралич эмоций, апатия, эмоциональ­ное уплощение и эмоциональная тупость.

3. Нарушение подвижности: слабодушие (недержание эмоций), ла­бильность и инертность (застреваемость) эмоциональных переживаний.

4. Нарушение адекватности: неадекватность, амбивалентность эмо­ций, патологическая тревога и страх, дисфории, дистимии, патологичес­

При повышении настроения (эйфории) или его угнетении и сниже­нии (депрессии) отмечается отрыв эмоционального состояния от ре­альной ситуации, неадекватность его по отношению к данной ситуа­ции. При эйфории, кроме повышения настроения и самочувствия, по­являются ускорение течения мыслей, неустойчивость и отвлекаемость внимания, подъем общего тонуса и двигательной активности, повышен­ная самооценка, утомляемость отсутствует. Такое состояние характер­но для гипоманиакального и маниакального синдромов. Эйфория мо­жет наблюдаться в структуре паралитического и псевдопаралитическо­го синдромов.

Черепно-мозговые травмы и другие органические заболевания го­ловного мозга с поражением лобных долей иногда дают картину так называемой мории — благодушно-дурашливой эйфории с неадекватны­ми поступками, с потерей чувства дистанции и критической оценки поведения. При остаточных явлениях органического поражения мозга симптоматика мория не имеет тенденции к утяжелению, а при опухо­лях лобных долей обычно отмечается нарастание оглушенности, за­груженности и недоосмысливания ситуации и своего поведения.

Повышение настроения при таких заболеваниях, как истерия, эпи­лепсия, шизофрения, может приобретать характер экстаза — востор­женного настроения с погружением в себя. Оно иногда связано со зрительными, реже слуховыми галлюцинациями. Нередко выраженное улучшение настроения проявляется в экзальтации — приподнятом на­строении с приливом энергии и повышением активности.

В настоящее время чаще встречаются депрессивные состояния! адинамическая депрессия — с вялостью; ажитированная — с возбужде­нием; анестетическая — с чувством мучительного бесчувствия; астени­ческая— с истощаемостью; угрюмая — с гневливостью и раздражи­тельностью; тревожная, непсихотическая и психотическая — с бредом и галлюцинациями; маскированная, алкогольная, инволюционная, ис­терическая, депрессия истощения, нейролептическая, сосудистая, цикло-тимическая, экзогенная.

Характерными признаками депрессии любого генеза являются угне­тение настроения, снижение психической и эффекторно-волевой ак­тивности, появление мысли о собственной малоценности и бесперс­пективности, снижение общего тонуса организма и склонность к песси­мистической оценке своего положения, к суицидальным мыслям и по­ступкам. Наиболее классическим вариантом можно считать витальную депрессию (меланхолию), которая обычно относится к эндогенной и выражается в угнетенном настроении с тоской или тревогой, снижени­ем влечений, нарушениями сна, суточными колебаниями настроения, признаками повышения тонуса симпатической части вегетативной нерв­ной системы. Депрессии соматогенные и возникающие вследствие орга­нических поражений головного мозга (симптоматические) отличаются астеническим фоном и ухудшением состояния к вечеру, а психоген­ные— наличием в переживаниях психотравмирующих моментов. Любая из указанных депрессий может временами приобретать характер ажи-тированной депрессии — с возбуждением, стремлением к самоистязанию и суицидальным поступкам. При рецидивах довольно часто наблюда­ется так называемая эндогенизация симптоматической и психогенной депрессии.

Депрессии подразделяют на психотические и непсихотические, хотя такое деление относительно. К психотическим следует относить те депрессии, при которых угнетение настроения сочетается с бредовыми идеями самоуничижения, самообвинения, греховности, отношения, пре­следования, с галлюцинаторными переживаниями, витальной тоской, отсутствием критики и суицидальными действиями. При непсихотической депрессии обычно наблюдается критическая оценка своего состояния и ситуации, сохранены психологически понятные связи с внешними и внутренними обстоятельствами.

Трудности возникают при диагностике депрессии у детей и под­ростков, так как депрессивные состояния полиэтиологичны (энцефало­патия, неправильные отношения между родителями, школьные затруд­нения, психические болезни родителей) и отличаются по клиническое картине (Г. Е. Сухарева, 1959; В. В. Ковалев, 1979, и др.). У девочек депрессия проявляется в снижении массы тела, замедлении двигатель­ной активности, тревожности и страхе, плаксивости, суицидальных мыслях и попытках, у мальчиков —в виде слабости с головной болью и кошмарными сновидениями, двигательного беспокойства с побегами из дома, прогулами уроков, агрессивностью, ослаблением внимания,

ночным недержанием мочи, навязчивым обгрызанием ногтей и неряш­ливостью.

A. Kepinski (1979) выделял следующие формы юношеской де­прессии: апатоабулическую (потеря интереса к учебе, работе и раз­

влечениям, чувство пустоты); бунтарскую (заострение возрастных черт

характера, реакции протеста, раздражительность, хулиганские поступ­ки, злоупотребление алкоголем и наркотиками, агрессивность, «борьба»

со старшими, суицидальные поступки); в виде позиции покорности,

смирения, отсутствия интереса к выбору профессии, пассивного отно­шения к собственной судьбе и будущему; в виде патологической ла­бильности настроения, переменчивости желаний и стремлений.

Депрессивные состояния могут проявляться в картине субдепрес­сивного синдрома, простой депрессии, «предсердечной тоски», деп­рессивного ступора, ажитированной, тревожной, ананкастической, ипохондрической депрессии, депрессивно-параноидного синдрома, психи­ческой анестезии.

Отдельного рассмотрения заслуживает «маскированная» депрессия, или «депрессия без депрессии» («вегетативная» депрессия, «соматизи-рованная» депрессия), которую в последние годы диагностируют более часто. Под этим заболеванием имеется в виду такая форма эндогенной депрессии, при которой на первый план выступают не психопатологи­ческие признаки, а соматические и вегетативные симптомы (соматовегетативные эквиваленты), поддающиеся лечению антидепрессантами.

B. Ф. Десятников и Т. Т. Сорокина (1981) выделяют следующие

формы «маскированной» («соматизированной») депрессии: алгическо-

сенестопатическую (абдоминальную, кардиалгическую, цефалгическую

и паналгическую); агрипническую; диэнцефальную (вегетовисцераль-

ную, вазомоторно-аллергическую, псевдоастматическую); обсессивно-

фобическую и наркоманическую. Авторы подчеркивают, что в данном

случае речь идет о субдепрессии (меланхолической, гипотимической,

астенической, астеногипобулической или апатоадинамической) с нали­чием депрессивной триады: психических нарушений, нарушений виталь­ных ощущений и соматовегетативных нарушений. Широкая диагности­ка «маскированной» депрессии нередко приводит к включению в рамки

эндогенных аффективных заболеваний и таких, как неврозы (особенно

системные), психопатические декомпенсации и даже соматические

болезни с депрессивными реакциями (вегетативно-сосудистые дистонии,

гипертоническая болезнь и др.). Диагностика субдепрессивного состоя­ния различного генеза (а не только эндогенного) является более пра­вильной, так как это отражает сущность имеющегося аффективного

расстройства и полиэтиологичность его возникновения.

Следует отметить, что к депрессивным состояниям можно отнести дистимию и дисфорию. Под дистимией (К. Flemming, 1814) понимают кратковременное (в течение нескольких часов или дней) расстройство настроения в виде депрессивно-тревожного с гневливостью, недоволь­ством, раздражительностью; под дисфорией — состояние гневливости

с агрессивными тенденциями на фоне пониженного настроения (S. Puzynski, I978). Дистимия и дисфория наблюдаются при органических поражениях головного мозга, эпилепсии, психопатии.

Одним из острых проявлений депрессии считают раптус, или не­истовство («меланхолический раптус» и «ипохондрический раптус») — приступ отчаяния, страха, глубокой тоски с психомоторным возбужде­нием, сужением сознания, аутоагрессивными действиями. Возникает по механизму «взрыва», накапливающегося депрессивного аффекта.

Патологическим ослаблением эмоциональных реакций считают па­ралич эмоций, апатию, эмоциональное уплощение и тупость. Паралич эмоций как острое кратковременное их выключение развивается в свя­зи с внезапным, шоковым воздействием психотравмирующего фактора (стихийного бедствия, катастрофы, тяжелого известия), а остальные виды нарушений — в результате длительно текущего патологического процесса.

Паралич эмоций считают разновидностью психогенного ступора, так как он также возникает вследствие психической травмы, и в этом состоянии нередко отмечается замедление двигательной активности. По клиническому выражению к параличу эмоций близко стоит апа­тия— безразличие к самому себе, окружающему, родным, близким и т. д., сопровождающееся бездействием, гипо- или абулией. Та­кое состояние может наблюдаться при длительном истощающем дей­ствии психотравмирующих факторов, при хронических инфекционных и соматических заболеваниях, органических поражениях головного мозга.

Эмоциональное уплощение и эмоциональная тупость («эмоциональ­ная деменция») — постепенно нарастающее, стойкое оскудение эмоцио­нальных переживаний, касающееся, в первую очередь, высших эмоций (чувств), доходящее до безразличия к себе, своему положению, к судь­бе близких и родных. Наблюдается при шизофрении и некоторых видах органической деменции (тотальной). Эмоциональное уплощение с преобладанием вначале снижения чувств (сочувствия, сострадания, сопереживания) нередко сопровождается расторможенностыо влечений, брутальностыо, неряшливостью, снижением интереса к учебе и работе. Часто бывает одним из первых проявлений шизофренического процес­са, особенно простой формы шизофрении. Подобная чувственная хо­лодность может наблюдаться при опухолях и других органических поражениях головного мозга и даже у психопатических личностей, прослеживаясь на протяжении всей жизни индивидуума.

Нарушение подвижности эмоций проявляется в их повышенной лабильности или застреваемости и слабодушии. Повышенная лабиль­ность характеризуется легкой сиеной эмоций, быстрым переходом от одной эмоции к другой (от веселости к слезам и наоборот). Более часто наблюдается при истерической психопатии. Как физиологическое явление отмечается в детском возрасте. Слабодушие (эмоциональная слабость) также относится к проявлениям эмоциональной гиперестезии,

Для слабодушия характерны неустойчивость настроения, повышенная эмоциональная возбудимость с недержанием эмоций, раздражитель­ностью или слезливостью, особенно в минуты умиления, сентименталь­ного настроения. Смена отрицательных эмоций положительными и на­оборот происходит под влиянием незначительных поводов, что свиде­тельствует о повышенной эмоциональной чувствительности, реактивности и истощаемости аффекта (эмоциональная гиперестезия). Наблюдается при астении, в период выздоровления после соматических болезней, черепно-мозговых травм и других поражений мозга, но особенно час­то встречается при церебральном атеросклерозе. Застреваемость (инерт­ность) эмоций характеризуется длительной задержкой на неприятных переживаниях — чувстве вины, обиды, злобы, мести. В норме отмеча­ется у акцентуированных, тревожно-мнительных и параноических личностей, а в клинической практике — у психопатов психастенического и паранойяльного типа, при эпилепсии.

Неадекватность эмоциональных реакция — довольно частый симп­том в клинике психических заболеваний, например неадекватен смех на похоронах близкого человека, амбивалентность переживаний у больных шизофренией, а также патологический аффект, при котором неадекватность аффекта определяется изменением состояния сознания и отрывочными галлюцинаторными и бредовыми переживаниями.

В психиатрической литературе большое внимание уделяется таким аффективным состояниям, как страх и тревога, часто наблюдающимся в норме и в структуре многих психических заболеваний.

На основании обзора работ зарубежных авторов К. Izard (1980) отмечает: 1) тесную связь между собой и со степенью интенсивности стимуляции таких эмоций, как удивление — испуг (неожиданность и резкое возрастание стимуляции), страх — ужас (несколько меньшее увеличение стимуляции) и интерес—возбуждение (еще менее неожи­данная и резкая стимуляция); 2) существование в эмоциях испуга, страха и интереса-возбуждения частично перекрывающейся компонен­ты (между ними наблюдается неустойчивое равновесие); 3) разнооб­разие детерминант существования страха — врожденные (гомеостати-ческие, инстинктивные, новизна раздражителя, темнота, одиночество) и приобретенные (вытекающие из опыта, социальных и других усло­вий); 4) наличие связи страха с другими эмоциями —страданием, презрением, отвращением, стыдом, стеснительностью и др.

Подверженность реакциям страха зависит от пола, возраста, инди­видуальных особенностей, социально приобретенной устойчивости и социальной установки личности, исходного соматического и нервно-психического состояния, а также индивидуальной значимости и степени угрозы биологическому или социальному благополучию. Сознательный контроль играет большую роль не только в смысле задержки пове­денческих проявлений страха, но и в предупреждении его зарождения, что является доказательством значения осознанной активности личнос­ти в разрешении сложных жизненных ситуаций,

В психиатрической литературе психоаналитического и экзистенци­ального плана страх и тревога трактуются как выражение конфликта (враждебности) между инстинктивным бессознательным и требования­ми социальной среды (Е. Fromm, 1965; Н. Е. Richter, 1969; К. Ноrnеу, 1978, и др.). Польский психиатр A. Kepinski (1977, 1979) на основании субъективно-идеалистического учения о моральных и других ценностях (аксиологии), а также предложенной им теории так называемого энер­гетического и информационного метаболизма страх считал одной из основных движущих сил развития личности, источником большинства психопатологических симптомов. По его мнению, страх — это основное психопатологическое проявление, возникающее вследствие нарушения морального порядка (системы ценностей). Автор выделял страх био­логический (при нарушении «естественного морального порядка» — угрозе жизни), социальный (при нарушении «социального порядка», конфликте интериоризированных социальных норм с реальной действи­тельностью — угрозе социальному положению) и «страх совести» («моральный страх»), вытекающий из двух первых, сопровождающийся чувством вины (человек сам себе самый грозный судья). Этим А. Кеpinski объяснял возникновение навязчивых, бредовых идей, галлюци­наторных переживаний, агрессивного поведения, основной шизофре­нической симптоматики (схизиса). Следовательно, по его данным, практически вся психическая патология сводится к проявлениям бессо­знательного первичного страха. Подобная трактовка возникновения и глобальной роли страха неприемлема, хотя упомянутые причины его развития и влияние на некоторые виды психической патологии заслу­живают внимания.

Предложены различные классификации страха и тревоги, обобщен­ные X. Христозовым (1980). Выделяют следующие виды страха: 1) по форме и оттенкам проявления — страх астенический (оцепенение, сла­бость, нецелесообразность поступков) и стенический (паника, бегство, агрессия), соответствующий и несоответствующий степени опасности, адекватный и неадекватный; 2) по степени выраженности — испуг (внезапный и кратковременный страх, возникающий при неожиданном и неприятном, но еще четко неосознаваемом изменении ситуации, угро­жающем жизни или благополучию человека), боязнь (постепенно воз­никающее чувство страха, связанное с осознаванием длительное время продолжающейся опасности, которая может быть устранена или на которую может быть оказано определенное воздействие) и ужас (наивысшая степень страха с характерным угнетением рассудочной деятельности—«безумный страх»); 3) по форме проявления — страх витальный (переживание страха исходит из собственного тела, непо­средственно из эмоциогенных систем головного мозга), реальный (опас­ность исходит из окружающего мира), моральный страх, или страх совести (возникает в результате рассогласования первичных психиче­ских тенденций и более дифференцированных стремлений); 4) по виду — осознаваемый генерализованный, осознаваемый локализованный,

неосознаваемый генерализованный, скрытый локализованный страх; 5) по этапам развития — нерешительность, неуверенность, смущение, боязливость, тревогу, страх, ужас.

Страх и тревогу подразделяют также на нормальные и патологи­ческие варианты, то есть возникающие при наличии реальной, осозна­ваемой или недостаточно осознаваемой угрожающей ситуации либо как болезненная реакция. В их структуре выделяют три основных на­рушения: аффективное—чувство опасности; интеллектуальное — неуве­ренность; волевое — нерешительность. X. Христозов рассматривает сле­дующие патологические формы страха: а) навязчивый, или фобию (иногда в связи с определенной ситуацией, с осознаванием абсурд­ности); б) ипохондрический (возникает в ситуации, связанной с ипо­хондрическими переживаниями, без критического отношения); в) пси­хотический (появляется в связи с депрессивно-параноидными пережи­ваниями или как диффузный страх).

В отличие от страха тревогу определяют как страх без явного объекта, как осознаваемое эмоциональное состояние без конкретного содержания. Критериями диагностики синдрома тревоги М. Zapletalek (1980) считает: психические признаки (беспокойство, дрожь, чувство беспомощности, неуверенности, угрожающей опасности, снижение кри­тичности); психомоторные признаки (соответствующая мимика и жестикуляция, возбуждение или угнетение, вплоть до раптуса или сту­пора); вегетативные признаки (повышение артериального давления, ускорение пульса и дыхания, расширение зрачков, сухость во рту, бледность лица, потливость).

Страх и тревога обычно обнаруживаются в структуре обсессивно-фобического, ипохондрического, депрессивного, галлюцинаторно-параноидного, параноидного, делириозного и других синдромов.

Таким образом, патология эмоций многообразна и проявляется не изолированно, а в виде нарушения психического состояния и поведе­ния больного в целом, так как ее морфологическим и функциональный субстратом служат расстройства деятельности подкорково-стволовых (лимбико-диэнцефальных) и корковых структур мозга. В особенностях клинических проявлений патологии эмоций находит отражение и ло­кализация поражения в том или ином полушарии головного мозга. Так, после судорожного припадка, вызванного наложением электродов на левое полушарие, у правшей наблюдаются снижение настроения, тревога, дисфория, ипохондричность и суицидальные высказывания, у больных с тревожно-депрессивными состояниями усиливается трево­га, у больных с бредом — подозрительность и эмоциональная напряженность, а при поражении правого полушария повышается настрое­ние, отмечаются благодушие, эмоциональное успокоение (В. Л. Деглин, 1971). Н. Н. Брагина и Т. А. Доброхотова (1981) показывают, что для поражения правой височной области характерны аффекты страха, тоски и ужаса, а для левой — тревога. Однако авторы считают, что вряд ли обоснованно такое полярное отнесение эмоциональных состоя-

ний к тому или иному полушарию головного мозга, так как эмоцио­нальные переживания человека отличаются исключительным богатст­вом и разнообразием, охватывая личность в целом.

Патология сознания и внимания

Сознание—высшая форма отражения объективной действитель­ности. К. Маркс и Ф. Энгельс в работе «Немецкая идеология» пока­зали, что сознание «с самого начала есть общественный продукт и остается им, пока вообще существуют люди»', что это продукт дли­тельного исторического развития, возникающий в процессе обществен­но-производственной деятельности и отражающий наиболее существен­ные закономерности явлений действительности и социального опыта человечества. С возникновением сознания у человека появилась спо­собность выделять себя из природы, познавать ее и овладевать ею. В учение о механизмах сознательной деятельности человека огромный вклад внесли И. М. Сеченов и И. П. Павлов.

Сознание осуществляется посредством языка, слов, образующих вторую сигнальную систему, однако ее раздражители имеют значение лишь через их связь с раздражителями первой сигнальной системы (И. П. Павлов, 1951). Индивидуальное сознание формируется в про­цессе усвоения человеком общественно выработанных представлений, понятий, взглядов и норм, причем это усвоение требует опоры на не­посредственные впечатления от предметов и явлений действительности. В структуру сознания входят: 1) важнейшие познавательные процессы (ощущения, восприятия, запасы памяти, мышление и воображение); 2) способность различать субъект и объект (самосознание и сознание окружающего мира); 3) способность обеспечения целеполагающей дея­тельности (волевой, целенаправленной, критически оцениваемой); 4) от­ношение к реальной действительности, ее переживание (А. В, Петров­ский, М. Г. Ярошевский, 1977).

Основными характеристиками сознания считают степень его яснос­ти (уровень бодрствования), объем (широту охвата явлений окружаю­щего мира и собственных переживаний), содержание (полноту, адек­ватность и критичность оценки используемых запасов памяти, мышле­ния, эмоционального отношения) и непрерывность (способность осознавания и оценки прошлого, настоящего и будущего). Одним из важнейших компонентов сознательной (осознаваемой) и целенаправ­ленной (волевой) активности является внимание — способность созна­тельного, произвольного или непроизвольного избирательного сосредо­точения сенсорной, интеллектуальной или двигательной активности на актуальных и индивидуально значимых внешних и внутренних явлениях.

В психической деятельности активное участие принимают и неосо­знаваемые процессы (Ф. В. Бассин, 1968; А. М. Халецкий, 1970;

'Маркс К. и Энгельс Ф. Соч.— 2-е изд.— Т. 3.— С. 29.

Д. И. Дубровский, 1971; А. Г. Спиркин

, 1972; А. А. Меграбян, 1978, и Др.). Зарубежные психиатры бессознательное рассматривают как с материалистических, так и с идеалистических позиций.

В психической деятельности W. Wundt (1862) выделял три взаи­модействующих уровня, признаваемых учеными и в настоящее время: 1) сознательный (осознаваемое актуальное содержание мыслей и пе­реживаний) ; 2) подсознательный (содержание, переходящее в нужный момент на сознательный уровень); 3) бессознательный (инстинктивные механизмы и личное бессознательное—неосознаваемая мотивация аффективных и других общих реакций). По К. Jaspers (1965), бессо­знательное понимают как автоматизированное, невоспоминаемое, но действенное; незамеченное, но пережитое, ненамеренное, но сделанное; как первоисточник действия (внезапные побуждение, мысль, представ­ление), а также как форму существования (инстинктивное и личное бессознательное в понимании 3. Фрейда) и абсолютное бытие. Пато­логическими изменениями сознания автор отчасти объяснял нарушения ощущений, восприятия себя, окружающего, пространства и времени, деперсонализацию и дереализацию, явления отчуждения, бредовые идеи. 3. Фрейд и его последователи (представители неофрейдизма и экзистенциализма) в психической активности главную роль отводят бессознательному, отрицая решающее значение активного сознания,

Изменения сознания в состоянии утомления, снижения уровня бодрствования и аффективном его сужении представляют интерес для разработки вопросов оптимизации производственной деятельности че­ловека в различных условиях, поскольку при этом могут существенно меняться внимание и направленность содержания переживаний.

При психопатологических синдромах с нарушениями адекватности самосознания и сохранением ориентировки психиатры предпочитают не говорить о «ясном сознании» и нарушении сознания в прямом смыс­ле, хотя и учитывают, что самосознание как часть сознания патологи­чески изменено, поскольку такая дифференцировка нарушений созна­ния имеет диагностическое значение (В. П. Осипов, 1923; А. Л. Абашев-Константиновский, 1954; А. К. Плавинский, 1963).

Отдельные авторы выделяют следующие нарушения сознания: ко­личественные и качественные (Н. Еу, 1954), непсихотические (по типу нарушения ясности) и психотические (Т. Ф. Пападопулос, 1969), прос­тые и сложные (L. Korzeniowski, 1978), выключения и помрачения. При этом отмечают связь нарушений сознания и внимания.

Классификация нарушений сознания

1. Непсихотнчсскне формы — «простые» нарушения сознания «коли­чественные», по типу угнетения ясности осознания: обморок, обнубиля-

ция и оглушение, сомноленция, сопор, кома.

2. Психотические формы — «сложные» нарушения сознания, «каче­ственные», синдромы помрачения сознания: астенической спутанности,

растерянности, делириозный, онирический и онейроидный, аментивный;

«особые состояния», сумеречные состояния.

Обморок—кратковременная потеря сознания в результате прехо­дящей анемии мозга (А. М. Коровин, 1973). Четких границ между такими состояниями, как обнубиляция, сомноленция и оглушение нет, однако под обнубиляцией понимают колеблющееся по интенсивности легкое затемнение сознания с затруднением осмысливания ситуации, понимания смысла происходящего и чужой речи; под сомноленцией(сонливостью) — легкую степень оглушения с замедленностью психи­ческих процессов, недостаточностью ориентировки в месте и времени (возможна частичная амнезия); под оглушением — нарушение осмыс­ления окружающего и себя вследствие резкого повышения порога вос­приятия, угнетения психических функций (возможны лишь элементар­ные реакции при громком оклике). Выраженная степень оглушения граничит с сопором (полным выключением сознания с сохранностью оборонительных реакций и других безусловных рефлексов), а послед­ний— с комой (глубоким выключением сознания с появлением патоло­гических рефлексов и нарушением функций жизненно важных систем). Н. К. Боголепов (1962) по этиологии подразделял комы на сосудистые, эндо- и экзотоксические, инфекционные, травматические, гипертермиче­ские, эпилептические, комы, возникающие при опухолях мозга и терминальных состояниях. При органических поражениях головного мозга, особенно при опухолях, выделяют так называемую загружен­ность: бездеятельность с неадекватностью поведения, адинамией, не-доосмыслением окружающего, пустотой взора, односложными и бес­толковыми ответами на вопросы.

Психотические расстройства сознания обычно относят к состояниям помрачения сознания (А. В. Снежневский, 1958, и др.), так как всем им свойственны неотчетливость, затруднение, фрагментарность или полная невозможность восприятия; дезориентировка во времени, месте и ситуации; ослабление и даже исключение способности к суждениям; затруднение запоминания текущих событий и собственных пережива­ний, отрывочность или отсутствие воспоминаний о периоде помрачения сознания (К. Jaspers, 1913). По мнению А. В. Снежневского, для вы­явления помрачения сознания решающее значение имеет установление совокупности всех перечисленных признаков.

Синдром растерянности («аффект недоумения») характеризуется расстройством самосознания, познания и приспособления к окружаю­щему (Н. Я. Беленькая, 1966). Больные беспомощны, на лице — мими­ка недоумения, взгляд блуждающий, движения и ответы на вопросы неуверенные, вопросительные и непоследовательные, прерываемые мол­чанием. Иногда больные просят объяснить, что происходит с ними и вокруг.

Впервые растерянность как симптом расстройства сознания описал Вернике. В зависимости от преобладающего вида дезориентировки он выделял ауто-, алло-, соматопсихическую и двигательную растерян­ность. К. Jaspers считал растерянность выражением реакции личности на болезнь. По мнению Н. Я. Беленькой, растерянность указывает на

относительно неглубокое расстройство психической деятельности, при котором сохраняется сознание своей измененности. Она возникает при внезапном, необъяснимом и необычном изменении происходящего во­круг или» в самом больном и может быть выражением начального этапа развития бредовых, депрессивных и других синдромов. Часто в структуру синдрома включаются симптомы деперсонализации и де­реализации (ранее упоминалось, что некоторые авторы относят послед­ние к нарушениям сознания).

Синдром астенической спутанности сопровождается «мерцанием» ясности сознания, выраженной истощаемостью психических процессов, углублением помрачения сознания к вечеру. В начале беседы больные еще могут четко отвечать на вопросы, а затем их речь становится невнятной, «бормочущей», нарушается контакт с окружающим. Гал­люцинации и бред, как правило, не отмечаются. Синдром астениче­ской спутанности часто наблюдается у детей и подростков при инфек­ционных заболеваниях и в ночное время нередко сменяется де­лирием.

Делириозный синдром можно понимать как сноподобное помраче­ние сознания, характеризующееся аллопсихической дезориентировкой, наплывом пластичных зрительных галлюцинаций, имеющих непосредст­венное отношение к больному, что выражается в психомоторном воз­буждении, ярких эмоциональных (страх) и вегетативных реакциях. Больной экспрессивно как бы вступает в контакт с галлюцинаторны­ми образами, «защищается» от них, но сохраняет ориентировку в собственной личности и частично в окружающем. Делириозный синд­ром наблюдается преимущественно при заболеваниях экзогенной при­роды— острых инфекциях, интоксикациях, черепно-мозговой травме. Воспоминания о пережитом обычно сохраняются.

При так называемом мусситирующем («бормочущем») делирии ка­кой-либо контакт с больным утрачивается. Больной беспокоен в преде­лах постели, бормочет, перебирает пальцами по постели, движения конечностями некоординированны, бессмысленны. Нередко состояние переходит в сопор и кому или является предагональным. После выхода из психоза отмечается амнезия состояния. По нашим данным, в подобных случаях наблюдается не делирий, а аментивное состояние с хаотическим подкорковым возбуждением.

Так называемый профессиональный делирий (А. В. Снежневский, 1983) характеризуется дезориентировкой и воспроизведением автома­тизированных «профессиональных» движений. Мы полагаем, что отне­сение этого состояния к делириозному не имеет достаточных оснований. Наблюдая больных белой горячкой и инфекционными заболеваниями (вчастности, при эпидемическом вирусном нефрите), мы сочли воз­можным выделить две клинические формы: в виде онирического синд­рома со сценоподобными галлюцинациями «профессионального» или бытового содержания, активным участием в них больного и сохране­нием воспоминаний на этот период и в виде сумеречного состояния

с агрессивно-бредовым поведением или действиями, воспроизводящими профессиональные и бытовые навыки, с последующей амнезией.

Онейроидный синдром (онейроид) А. В. Снежневский (1958) опре­делил как сновидное помрачение сознания с отрывочно-причудливыми картинами отражения реального мира и яркими зрительными, фанта­стическими представлениями. При этом грезоподобные переживания (межпланетные путешествия, катастрофы, гибель мира, «картины ада») происходят как сновидения и псевдогаллюцинации. У больного резко расстраивается самосознание, и он выступает как действующее лицо, участник-наблюдатель фантастических событий. Больной неподвижен или бессмысленно патетически возбужден, обычно безмолвен, мимика у него застывшая, напряженная или восторженная. Воспоминания о пережитом хорошо сохраняются. В отличие от делирия наблюдается не внушаемость, а (чаще) негативизм, нет типичного для делирия симп­тома пробуждаемости (А. А. Портнов, Д. Д. Федотов, 1967).

Наряду с онейроидным выделяют онирический синдром, или они-ризм (В. С. Гуськов, 1965; Б. Д. Лысков, 1966). Для ониризма (они-рического синдрома, онирического бреда) характерны: вялость, сонли­вость, поверхностный сон с яркими сновидениями и переходом в сновидные переживания, в которых фигурируют встречи и разговоры с родными и знакомыми, бытовые и производственные сцены, поездки, выяснение отношений с кем-то. При пробуждении наступает постепен­ное осмысливание ситуации, могут быть иллюзии, галлюцинации ней­трального характера, ложные узнавания, анозогнозия, часто эйфория. Бред является как бы продолжением сновидений и сновидных пере­живаний, с пробуждением его актуальность постепенно уменьшается; двигательные реакции стереотипные, больной может оказывать пассив­ное сопротивление. При улучшении соматического состояния исчезают и перечисленные расстройства; амнезии состояния не наблюдается. Французский психиатр Е. Regis (1901) описал ониризм при инфекцион­ной патологии.

Аментивный синдром, или аменция (Т. Meinert, 1881),— это наи­более глубокая степень помрачения сознания, возникающая преиму­щественно в связи с длительными, истощающими организм болезнями, инфекциями и интоксикациями. Для аменции характерны дезориенти­ровка в месте, времени и собственной личности, нарушение синтеза восприятий, нестойкие иллюзии и галлюцинации, расстройства мышле­ния, вплоть до степени бессвязности (инкогеренции), отрывочность и бессистемность бредовых высказываний, тревога и страх, хаотичность и незавершенность действий, возбуждение в пределах постели, отсут­ствие продуктивного контакта, частичная или полная амнезия на период болезненного состояния, отказ от пищи, истощение (А. С. Чис-тович, 1954). Наиболее тяжелой степенью аментивного синдрома явля­ется «острый бред» (delirium acutum) как результат острейшего, преимущественно септического поражения мозга (А. С. Чистович, 1954). Элементы аментивного симптомообразования могут наблюдать-

ся в клинике других синдромов расстроенного сознания, однако это не лишает аментивный синдром его самостоятельности, как полагают некоторые авторы (А. А. Портнов, Д. Д. Федотов, 1967). Не оправда­но, по-видимому, и расширение границ данного синдрома (Б. Я Пер­вомайский 1979).

Сумеречное состояние сознания характеризуется внезапным нача­лом и внезапным окончанием, общей дезориентировкой, возможным сохранением внешне упорядоченных и даже сложных действий, нали­чием образного бреда, ярких зрительных галлюцинаций, бурных аф­фектов (страха, тоски, злобы), полным или почти полным отсутствием воспоминаний, часто совершением сложных автоматизированных и нередко катастрофически опасных поступков. При сумеречном рас­стройстве сознания психогенного характера («истерические сумерки») возможен частичный контакт с больным. По отдельным высказыва­ниям и поведению больных можно заключить, что отмечается отраже­ние в симптоматике психогенно-травматической ситуации, вызвавшей состояние, а также защитный характер поведения.

Отражение в переживаниях психотравмирующей ситуации наблю­дается также при так называемой психогенной спутанности (аффектив­ном сужении сознания или сумеречном состоянии с аффектом горя, отчаяния и гнева) и реактивном возбуждении (сумеречном состоянии с аффектом страха, злобы, отдельными галлюцинаторными и бредо­выми переживаниями). При пуэрилизме (регрессии поведения до дет­ского возраста), псевдодеменции с нелепыми, глупыми, «дементными» ответами и ганзеровском синдроме с нарочитостью, мимодействиями и мимоответами отмечаются неглубокая степень помрачения сознания и еще более выраженный защитный характер поведения.

Сумеречные состояния при эпилепсии и органических поражениях головного мозга, как правило, отличаются глубоким помрачением со­знания; поведение больных носит сложно-автоматизированный характер с оживлением инстинктивных и упроченных двигательных актов, при­водимых в действие галлюцинаторными и бредовыми переживаниями. Это часто наблюдается при амбулаторном автоматизме, или трансе (внешне упорядоченном поведении), сомнамбулизме (снохождении), просоночных состояниях и патологическом опьянении.

Особые состояния сознания (М. О. Гуревич, 1949), по своему ха­рактеру пароксизмальные, проявляются поверхностным изменением сознания с признаками деперсонализации и дереализации, не сопровож­даются амнезией, часто сочетаются с другими признаками последствий органических заболеваний головного мозга. Их, как и абсанс, не сле­дует относить к сумеречным состояниям. Среди расстройств сознания они занимают особое место.

Мы считаем целесообразным выделить особую форму состояния измененного сознания: состояние так называемого психологического либо психопатологического отключения — «эффект (синдром) отсутст­вия». Имеется в виду временное выключение человека из реальной

ситуации (при сохранении способности осознавания окружающего) вследствие поглощенности какими-либо переживаниями. «Эффект от­сутствия» может быть непсихотическим (поглощенность сверхценными переживаниями) и психотическим (поглощенность галлюцинаторными и бредовыми переживаниями), частичным и полным, колеблющимся и устойчивым, кратковременным и длительным. Из подобного состояния без значительных усилий, особенно при непсихотическом типе «отсут­ствия», человека удается вернуть к реальности с последующей нор­мальной или болезненной оценкой состояния.

Некоторые виды нарушения сознания и особенность внешнего поведения больных Н. Н. Брагина и Т. А. Доброхотова (1981) по­пытались объяснить с точки зрения функциональной асимметрии го­ловного мозга. Авторы отметили, что при поражениях правого полу­шария у правшей обнаруживается тенденция к замедлению движений и снижению двигательной активности в пароксизмах с переживаниями «уже виденного», «никогда не виденного», дереализации и деперсона­лизации. По мнению данных авторов, это свидетельствует о том, что при онейроидных состояниях поведение не отражает содержания созна­ния, оно не информативно, диссоциирует с переживаниями, сочетается с измененным восприятием пространства и времени. При поражениях левого полушария у правшей двигательная активность сохраняется или даже усиливается (например, при психомоторных припадках), поведение адекватно отражает чувственное содержание сознания, то есть соответствует психопатологическим переживаниям, определяется ими. Так, в сумеречном состоянии движения четкие и координирован­ные, галлюцинации проецируются и двигательная активность осуществ­ляется в конкретном времени и пространстве.

С нарушениями сознания и других психических функций тесно свя­заны расстройства внимания. Ослабление внимания, например, отмеча­ется при астенических состояниях, сопровождающихся неустойчивостью степени бодрствования, а повышенная отвлекаемость с непроизвольным вниманием к нейтральным и случайным раздражителям — при состоя­нии растерянности. Патологическая «прикованность» внимания к объек­там внешнего мира или к собственным переживаниям характерна для онейроидных состояний.